В статье обосновано стратегическое позиционирование углехимической промышленности как базиса промышленной трансформации региона ресурсного типа на основе развития производственных цепочек и повышения технологических переделов. Углехимическая индустрия рассматривается как объект стратегирования – сложная технико-экономическая и социальная система, включающая подотрасли, предприятия и цепочки создания добавленной стоимости по выпуску химической продукции на основе угля. Показано, что устойчивое развитие углехимической промышленности невозможно в формате «одной отрасли»: оно требует параллельного формирования межотраслевого индустриального комплекса, объединяющего углехимическую промышленность, производство специализированного оборудования и катализаторов, инжиниринг, научные исследования и разработки, подготовку кадров и экосистему технологического предпринимательства. На базе ретроспективного анализа мирового опыта выявлены ключевые условия формирования углехимических индустрий: наличие технологического ядра (пиролиз, газификация, прямая и непрямая гидрогенизация), способность к трансферу и последующему созданию собственных технологий, институциональная последовательность политики, длинный горизонт инвестирования, а также опора на развитое машиностроение и научно-инженерные школы. Систематизированы аргументы «за» и «против» углехимии в России. Показано, что критические оценки часто отражают тактическую рациональность при текущей структуре цен и технологий, тогда как стратегирование требует учета долгосрочных трендов деглобализации, внешних ограничений и вероятной диверсификации сырьевой базы органического синтеза. Практическая значимость результатов раскрыта на примере Кемеровской области – Кузбасса: предложена логика перехода от экстрактивной модели («добыча, экспорт сырья») к индустриально-технологической модели («добыча, углехимия, продукты высоких переделов, оборудование / инжиниринг / научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы»), обеспечивающей мультипликативные эффекты в промышленности региона и снижение сырьевой зависимости.
The coal chemical industry supports the development of resource-based regions by establishing new production chains and improving technological processes. As a prospective object of strategizing, it represents a complex socio-technical and economic system comprising sub-sectors, enterprises, and value chains for coal-based chemical products. Its sustainable development is impossible within a mono-industrial framework as it requires the parallel development of an intersectoral industrial complex, specialized equipment, catalysts, engineering, R&D, personnel training, and a technological entrepreneurship ecosystem. A retrospective analysis of global experience reveals several key factors for the development of coal chemistry: a technological core (pyrolysis, gasification, direct and indirect hydrogenation), the capability to transfer and subsequently develop indigenous technologies, institutional policy consistency combined with a long-term investment horizon, and advanced mechanical and scientific engineering schools. An analysis of the pros and cons of coal chemistry in Russia shows that critical assessments tend to reflect tactical rationality based on current price and technology structures. In contrast, strategic planning must account for long-term deglobalization trends, external constraints, and the potential diversification of the raw material base for organic synthesis. The Kemerovo Region currently relies on an extractive model focused on mining for raw material export. It should transition to an industrial-technological model that integrates mining with coal chemistry, high-value-added products, equipment manufacturing, engineering, and R&D. This model ensures multiplier effects across the region’s industry while reducing its current dependence on raw materials.